Ruff уже стоял; теперь рядом mypy как проверка типов. Прагматичный конфиг
mypy.ini (ловит реальные несовпадения типов/обращения к None/неверные аргументы,
но не требует аннотаций везде и не шумит на сторонних либах) — чтобы гейт был
зелёным и расширяемым.
Область на старте — только чистая логика, которая уже типобезопасна:
worker-indexer/app/algorithms (L1 winnowing, L2 minhash) и
worker-gost/app/formatters (ГОСТ 7.1 / 7.0.5). Запуск per-service, чтобы
резолвился локальный пакет app. faiss_manager вне области пока — требует
Optional-рефактора _index; на следующий заход.
run_lint.sh теперь гоняет ruff + mypy в одном контейнере; шаг CI переименован.
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
Второй CI-гейт после тестов: ruff как статический анализатор всего Python-кода
(services + scripts). Раньше ни линта, ни проверки типов в CI не было вовсе.
Конфиг ruff.toml: правила E/F/W/I/UP/B/SIM/C4, line-length 100. Осознанно
выключены E501 (длину держит форматтер; длинные RU-комментарии — норма),
B008 (Depends()/Query() в дефолтах — идиома FastAPI, не баг) и UP042
((str, Enum)→StrEnum меняет __str__/сериализацию — не трогаем).
Починено под ноль находок:
- B904 (11): raise ... from exc / from None — читаемые цепочки исключений в
Celery-ретраях и HTTPException, ошибки обработки не маскируют исходные.
- SIM105 (5): try/except/pass → contextlib.suppress (faiss remove_ids, lsh.remove,
сброс кэша, ws-disconnect, парс года).
- C416/SIM108/B905/F841/UP035/UP017/F401/I001: dict(rows), тернарник, zip strict,
мёртвая переменная, устаревшие импорты, timezone.utc→UTC, чистка/сортировка.
Обвязка: scripts/run_lint.sh (ruff в изолированном python:3.11-slim), шаг «Линт»
в job test перед юнит-тестами (падаем раньше). make lint / make lint-fix.
Все 41 юнит-тест по-прежнему зелёные, изменённые файлы компилируются.
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
Первый настоящий автоматический тест-суит проекта — раньше регрессии ловились
руками. Покрыта чистая логика детекции и форматирования (без БД/Redis/GPU/Ollama):
- worker-indexer: L1 Winnowing (точные совпадения, идемпотентность отпечатка,
диапазон signed int64) и L2 MinHash LSH (шинглы, Jaccard, near-duplicate +
upsert через in-memory-фолбэк).
- worker-gpu: L3 FAISS — возврат doc_id из PostgreSQL (IndexIDMap2),
идемпотентность add_vectors (remove-before-add, без дублей), self-match ≈ 1,
ранжирование. Прямо стережёт баги, из-за которых индекс переписывался.
- worker-gost: ГОСТ 7.1-2003 и 7.0.5-2008 — авторы (≤3 / 4+ «и др.»/et al.),
статья/книга/web, DOI, порядок сортировки кириллица→латиница, стр. в ссылке.
Обвязка: per-service pytest.ini/conftest/requirements-test. scripts/run_tests.sh
гоняет тесты в изолированных python:3.11-slim контейнерах (не засоряя хост),
через Tsinghua-зеркало. CI: job `test` теперь гейтит `deploy` (needs: test) —
падение тестов блокирует прод-деплой. make test / make test-one SVC=...
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
Первый прогон вслепую пересобирал все 5 бэкенд-образов, включая worker-gpu
(torch/faiss ~2 ГБ) — на медленном канале это ~1-2 часа впустую, хотя коммит
менял только CI-файлы. Теперь deploy.sh по git-diff с прошлого деплоя
(маркер .last_deploy_sha) собирает лишь сервисы с изменённым кодом; фронт
пересобирается только при правках services/frontend; правка compose = полная
пересборка. Workflow клонирует репозиторий полностью (нужен лог для diff).
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
Self-hosted act_runner в host-режиме на app-хосте 1.32 (label "deploy").
При пуше в main workflow клонирует коммит и запускает scripts/deploy.sh:
синхронизация кода → пересборка/перезапуск бэкенд-сервисов → миграции →
сборка фронтенда → выкладка статики на CT 102 (reverse-proxy) с бэкапом.
Доступ к Proxmox-хосту для CT 102 — через секрет PVE_PASSWORD.
Больше ручных rsync/rebuild — деплой по git push.
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
