Проверка глубины вскрыла главную слабость корпуса: 99 883 документа
КиберЛенинки (56% базы) имеют в среднем 30 отпечатков — заголовок с
аннотацией. Списывание из тела русской статьи L1 не находит, хотя сервис
рассчитан именно на русских студентов. У PMC и arXiv глубина 97% и 94%.
Отдельно: мерить глубину по minio_key оказалось неверно — PMC кладёт тело
статьи в отпечатки при заливке, не сохраняя файл, поэтому «27.5% с полным
текстом» занижало картину для одних источников и скрывало провал у другой.
Честный показатель — число отпечатков на документ, по нему всё и пересчитано.
- backfill_cyberleninka_pdf.py: PDF берётся прямым адресом {url}/pdf (докачка
по обычному url бесполезна — там HTML, замер 0 из 8). Проверено на 50:
углублено 44, в среднем 23 тыс. символов, глубина 30 → 1453 отпечатка;
- backfill_pmc_fulltext.py: сохранение тела статьи из API в MinIO (отпечатки
там уже глубокие — скрипт нужен для отчётов и подсветки, не для детекции);
- store_full_text вынесен из index.enrich_full_text: один путь «текст получен →
MinIO + пересчёт L1 + обновление L2» для задачи докачки и для бэкфиллов.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Проверка на живых данных вскрыла, что панель отладки врала в мою же пользу:
показывала 154 046 «документов с эмбеддингом» (87%), тогда как в FAISS реально
93 053 вектора (52.5%). Колонка documents.faiss_id для этого непригодна —
отметка остаётся после пересоздания индекса (смена модели: 768 → 1024) и после
сбоев worker-gpu. Выборочная проверка: у 8 из 20 «отмеченных» вектора нет.
- gpu.index_stats — новая задача, отдаёт реальное содержимое активного
векторного бэкенда; API спрашивает её для панели отладки;
- панель показывает «векторов в индексе» и отдельно предупреждает о ложных
отметках (их 60 993), потому что такие документы молча выпадают из L3:
в индексе их нет, а на пересчёт они не попадут — reembed ищет faiss_id IS NULL;
- scripts/ops/faiss_reconcile.py — сверяет отметки с индексом и обнуляет ложные,
после чего reembed_missing.py отправляет их на пересчёт. Проверен вживую
(dry-run на проде: 93 053 в индексе, 60 993 ложных отметок).
Документация: зафиксирована реальная глубина корпуса — полный текст только у
27.5% документов, у 79% меньше 500 отпечатков (уровень аннотации). Система
ловит списывание из того, что есть целиком; это граница, а не поломка.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Разбор итогов массовой заливки показал в отладке «среднюю длительность прогона»
в 2.8 часа там, где парсинг занимал 50 секунд: started_at пишется в момент
постановки в очередь, а очередь из 173 источников разбирается часами. Теперь
момент реального старта пишется отдельно (run_started_at, миграция 006), а
схема отдаёт обе величины — сколько ждал очереди и сколько работал.
Плюс scripts/ops/reembed_missing.py: документ попадает в корпус сразу, а вектор
для L3 считает отдельная задача; когда worker-gpu или Ollama недоступны, эти
задачи теряются и документ остаётся невидимым для семантического поиска. Скрипт
находит faiss_id IS NULL и переотправляет пачками (dry-run по умолчанию) —
сейчас таких 23 101 из 177 147.
Документация: актуальные цифры корпуса, дубли при повторном прогоне, лимит
OpenAlex, и главное — гипервизор .254 зафиксирован в DR-HA как самая широкая
единая точка отказа (брокер, эмбеддинги, секреты и прокси на одном железе;
подтверждено аварией 28.08).
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Закрыта слепая зона «бэкапы есть, но восстановление не проверялось».
- scripts/ops/pg_restore_verify.sh — берёт последний дамп из MinIO backups/pg/,
restore в ЭФЕМЕРНЫЙ postgres:16, проверяет ключевые таблицы (users/documents/
tasks). Прод не трогает, всё в одноразовом контейнере. Под cron раз в неделю.
- docs/DR-HA.md — runbook: бэкапы, проверка восстановления, потоковая репликация
PG, Redis-реплика+Sentinel, таблица SPOF со статусом митигаций.
Провижн реплик PG/Redis — на Proxmox (нужен новый LXC), это работа на железе, не
в репозитории; runbook даёт конкретные шаги. Векторный SPOF уже снимается Qdrant.
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
